КОММЕНТАРИЙ К ВЫДЕРЖКАМ ИЗ КНИГИ "ДИАЛЕКТИЧЕСКОЕ ОБУЧЕНИЕ"

Почему Пиаже называет диалектикой то, что мы как раз ею не считаем? Почему то, что возникает в результате разрешения противоречия, для него есть формально-логический результат, а не результат применения диалектического мышления?

Давайте вначале посмотрим те описания диалектических ситуаций, которые предлагает Пиаже (цитирую по: Н.Веракса, ДМ, 28-29).

1) «объединение двух самостоятельных структур в третью, повышающую их возможности». Здесь структурной диалектики пока нет. Шварценеггер, вооружённый базукой, явно имеет большие костоломные возможности нежели Шварценеггер без оной, но никакого противоречия между ними нет – базука логично дополняет терминатора. Но диалектику здесь всё же можно создать, если представить базуку в руках калифорнийского губернатора и начальника Чукотки Михаила Кононова: явно, в руках последнего она будет принципиально менее грозным оружием (хотя все её возможности остаются, вроде, прежними). То есть одна и та же базука имеет разные свойства (Кононова она даже ослабит, потому что утяжелит при бегстве от противника). Но Пиаже говорит всего лишь об усилении похожего похожим – и это вполне укладывается в формальную логику.

2) «случаи, когда устанавливается координация между частями одного и того же объекта». И опять мы не можем вести речь о диалектических структурах, потому что эта ситуация возможна не в ситуации противоречия между элементами. Ну не противоречит мозг печени, а координация между ними есть. И в кооператив объединяются не обязательно конкуренты (это всего лишь частный случай).

3) «новая структура начинает включать в себя старую как подсистему». Это уже интереснее. Например, танки создавались как противоположность пехоте, чтобы заменить её. Но оказалось, что танковая атака без поддержки пехоты малоэффективна, потому что после прорыва бронированных монстров через линию укреплений в тылу у них выползают из окопов выжившие слабосильные пехотинцы и сжигают эти танки в упор сзади, с той стороны, где махина менее защищена. И поэтому на танки сажали десант, задача которого была связать руки обороняющимся, навязав им окопный бой – а в это время бронетехника разрушает коммуникации, подавляет огневые точки и т.п. В данном случае всегда можно вести речь о диалектике, потому что новое (реально новое) всегда отрицает старое (противоположно ему) и всегда вынуждено с ним считаться, включать в себя.

4) «равновесие достигается благодаря движению в прямом и обратном направлении: предикат, концепт, суждение, умозаключение и умозаключение, суждение, концепт, предикат». Данное описание похоже на описание диалектического замыкания, если бы был представлен переход в противоположность и обратно (если бы умозаключение было противоположностью предикату). В данном случае перед нами описание простейшего диалектического превращения (размышление пошло в противоположном направлении), но превращение мало того что самое элементарное действие, но и диалектическим является только в случае последующего опосредствования (см. прошлый номер журнала).

5) «характеризуется сначала независимостью и абсолютностью свойств отдельных объектов, а потом последующей их координацией, как в игре в шахматы». Мда. О чём это? Итак, мужчина и женщина получали своё удовольствие независимо друг от друга, а потом это как-то худо-бедно скоординировали. Но опять-таки, до этого противоречие если и было, то лишь по случайным обстоятельствам (находились в одном и том же тёмном шкафу и мешали друг другу отдыхать). Кроме того, координация может наступать и не у противоположных объектов. Кит и прилипала выгодны друг другу, но установить, в чём же их противоположность, как-то затруднительно. Хотя… Ну, не знаю.

Итак, Пиаже здесь не описывает диалектические операции, что совпадает и с нашим анализом формальных операций у него же^[1].

А теперь наступает самый интересный момент. Для Пиаже диалектика – тот формально описываемый результат, к которому приходит психика; для него диалектика – уже установившееся равновесие, непротиворечивый объект. Но ведь, действительно, в результате опосредствования А и не-А рождается не загадочный объект «А=не-А», а рождается В! Рождается конкретный целостный реальный объект (стол, шкаф, победа в сражении, идея).

Смысл диалектики не противоречивости, а в устойчивости. Но, чтобы её добиться (реальной устойчивости, не мнимой, не иллюзорной), надо преодолевать (синтезировать, опосредствовать) противоположности, уничтожая противоречия.

Поэтому у структурно-диалектической психологии нет в этом отношении разноголосицы с Пиаже. Для него диалектическое мышление ценно, так как позволяет добиться равновесия (другого пути нет); просто он делает акцент на описании конечного состояния (и всё время описывает его; и поэтому всё время к нему возникают вопросы: а как какая-нибудь вторичная циркулярная реакция рождается из борьбы ассимиляции и аккомодации?). А Николай Евгеньевич интересуется как раз процессом, приводящим к этому состоянию – к этому ценному состоянию, к этому В, которое цельно (и противоречиво лишь в генетическом и логическом аспекте).

И для психологии развития заход Вераксы (и возможность выстраивания на его основе образовательных программ, психотерапевтических техник и т.п.) более ценна и перспективен.

Крашенинников Евгений Евгеньевич